The HOBBIT. Erebor

Объявление


A D M I N

Bard • Enwen • Bilbo • Kili
• The Witch King •


W E L C O M E
Система игры: Эпизодическая;
рейтинг: NC-16.
Волей случая ты забрел к нам на EREBOR.RUSFF.RU! Наша история написана по книге Дж. Р. Толкина "Хоббит или Туда и обратно", но это отнюдь не значит, что все события будут известны наперед. Тут мы пишем свою собственную историю и всегда рады новым игрокам и энтузиастам! А теперь, если мы сумели разжечь в тебе любопытство и азарт... Скажи "mellon" и войди, добрый друг!

N E W S


Дорогие Эреборцы и Путники Средиземья!
Рады сообщить, что Эребор готовится к обновлению и возобновлению работы форума! Желающие присоединиться к игровому касту - проходите в нашу гостевую и отмечайтесь. По всем вопросам обращайтесь к админ-составу форума.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » The HOBBIT. Erebor » Замороженные отыгрыши » О чём поётся в песне преданности [Ariel, Legolas, Sigrid]


О чём поётся в песне преданности [Ariel, Legolas, Sigrid]

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Участники:
Ariel, Legolas, Sigrid
Жанр, рейтинг, возможные предупреждения:
PG
Краткое описание:
Торговый караван пожаловал в Озёрный город - Леголас в сопровождении, а вместе с ним, напросившись посмотреть мир за пределами Лихолесья, приехала в город людей Ариэль. Двум молодым эльфам слишком скучно сидеть в доме, а на улицах все готовятся к грядущей ярмарке. За стенами шум и гам нарастающего праздничного настроения - так и манит присоединиться к общей суматохе. Волей судьбы свидетельницей вылазки двух эльфов в город становится Сигрид - будущая принцесса Дейла.
Место действия:
Озёрный город
Дата события:
Лето 2933 года (около 9 лет назад)

Отредактировано Ariel (2017-01-31 16:09:57)

+2

2

Эльфы никогда не держали птиц в клетках – ни одно живое существо не удерживалось ими силой, а шло на их зов доверчиво, бесстрашно и наивно, преклоняя головы и сияя преданностью во взгляде. Даже конюшни, окружавшие лошадей, были выстроены не из страха потерять скакунов, а для того, чтобы уберечь их от тьмы, отравившей разум других лесных зверей… Защитить их.
Тем не менее, рожденный сыном короля Леголас иногда с тоской провожал взглядом улетающих птиц, чувствуя себя буквально на привязи. Венец на золотистых волосах был его клеткой…
Именно поэтому Леголас так внутренне протестовал решению Ариэль принять предложение жить во дворце, но перечить не смог - она добровольно приняла на себя ношу целителя, а обучение и помощь раненым в битвах диктовали условие жить ближе к лазарету и библиотеке. Кроме того, сладкоголосый соловей так полюбился дворцовым жителям, что даже сам король спустился из своих покоев послушать ее вечернюю песню в саду… Леголас и сам невольно оказался в плену у этого чарующего голоса, от которого тяжкие мысли бежали, как тени от лучика света.
Он неслышно и невидимо приходил каждый раз, когда она выходила вечерами в сад, окруженная слушателями. Все они сияли предвкушением, глядя на нее, как на спустившуюся с небес звездочку – юная и светлая, она касалась сердца каждого, оставляя чарующее послевкусие… Никто не видел его, к балкону принца были обращены спины зрителей, и лишь любопытная дочь Гвадора подняла лавандовые глаза на звезды, а встретилась взглядом с ним. Он мягко улыбнулся вместо приветствия, чуть кивнув головой: я слышу тебя.   
Невидимым и неслышным для всех остальных, самым первым плененным ею был сын короля – опираясь на перила балкона своих покоев, он наблюдал за ней, внимал ей до тех пор, пока музыка не стихала.
И в эти ночи его не тревожили ни темные сны, ни тяжкие мысли… А ранним утром он с отрядом уходил на дальние рубежи, и балкон его в вечера песен Ариэль пустовал.

***

«Ничего не бойся, не цепляйся, дыши. Ты не упадешь. Просто не мешай ей, не суетись. Выдохни. Пойми: ей нужно доверять.
Люди цепляют на лошадей уздечки с железом во рту, чтобы управлять ими, затягивают тугими седлами, чтобы не упасть, подгоняют хлыстами, потому что не умеют и не хотят чувствовать. Тебе не нужно это – она услышит тебя и так. Она хочет услышать тебя. Просто научись разговаривать на ее языке и не мешай ей…»

Она делала успехи. Неловко краснея и пряча глаза каждый раз, когда не то испуганно, не то растерянно прихватывалась за гриву, выпутывалась из растрепанных ветром волос и поправляла подол длинного платья. Ни разу не пожаловавшись на каменеющие от усталости ноги и ноющую поясницу (Леголас не понаслышке знал, как отзываются в теле первые уроки верховой езды), она искренне благодарила его и неизменно находила время поухаживать за ласковой кобылой.
Это были редкие дни, наполненные тишиной, светом и полным покоем, но омрачала все мысль: это ненадолго и вынужденно. И неспроста… Буквально за пару дней до тех дней, когда они шли на луг, ведя за собой соловую кобылу, дочь Гвадора накладывала повязки на заколдованные целительницей раны, и сын короля, вернувшийся из боя, забывался исцеляющим сном.

***

На границе было неспокойно, а орки становились все злее - до такой степени, что эльфам пришлось значительно усилить охрану торгового обоза, а сопровождать его в дороге отправился сам сын короля. Эсгарот пригласил эльфов с их винами, тканями и оружием на главную ярмарку года - этот груз был слишком ценен для того, чтобы дать оркам разграбить обоз. Разговоры о ярмарке не стихали задолго до того, как начали снаряжать обоз - бывалые эльфы взахлеб рассказывали о ней, вызывая зависть у тех, кому ни разу не довелось съездить в Озерный Город... Неудивительно, что Ариэль отчаянно стеснялась несколько дней, а потом все же нашла в себе силы попроситься в поездку вместе со старшими.
И не удивительно, что ее желания сбывались. 
Леголас, проезжая мимо церемонной колонны верхом на танцующем в нетерпении Даере, замечал, как восхищенно она ловит взглядом каждую деталь окружающего мира и улыбался про себя. Он был уверен – ей понравится людской праздник… и сами люди, до которых было еще пол дня пути верхом.
Ариэль держалась на спине соловой лошади ровно, уверенно и непринужденно, будто ездила так всю жизнь. В этом он чувствовал свою личную заслугу – почему-то именно ее искрящиеся радостью глаза рождали в нем ощущение небывалой до этого теплоты, искренности и участия.

Солнце как нарочно забралось на самый край небосвода и изгоняло тьму из каждого угла, словно хозяйка, хлопочущая по дому перед праздником. К тому моменту, как Лихолесская делегация вышла на побережье, город заканчивал приготовления к встрече, любопытные носы таращились из окон в сторону берега, выжидая прибытия чудесных гостей. Эльфийские повозки не иначе как чудом не вязли в песке, бесстрашные лесные кони косились на лижущие берег волны, а в воздухе пахло влагой, мокрой древесиной и рыбой. Леголас, не опасаясь нападения, не оказал себе в удовольствии проскакать галопом по кромке воды, поднимая тучу брызг и вспенивая все вокруг.
Лошади полнились сомнениями, глядя на мост, тропинкой лежащий через водную гладь к озерному городу, но стоило первой повозке старых, умудренных опытом коней ступить на дощатое покрытие, как и вся колонна благополучно смогла преодолеть мосток. На крышах домов развевались вымпелы и флаги, из окон высовывались люди, глядя на эльфов светящимися от радости глазами. Город суетился, встречая гостей и завершая приготовления к празднику.
Леголас никогда особо не интересовался торговлей, поэтому был рад передать решение всех вопросов старшему товарищу – тот был стреляный воробей, не раз бывавший в Озерном городе, принца же ехал так, повозки охранять. Гостей в городе в этот день было превеликое множество, разве заметит кто-то в этой разношерстной толпе светлую макушку потомка синдар?
Вряд ли. Поэтому юноша всерьез надеялся ближе к вечеру увильнуть от торговых дел и выбраться погулять.

Не тут то было. Разместившись в гостевом доме со своей свитой, Леголас несколько часов проявлял чудеса дипломатии, а затем поднялся на третий этаж и злым сычом засел в тени огромного балкона, глядя на оперившийся праздничный город. Легкий настрой сошел на нет, уступив место скуке и стойкому нежеланию продолжать торговые переговоры – люди вгоняли его в тоску своим неприкрытым лицемерием, все переговоры сводили к застольям, на которых совершенно не умели готовить и быстро пьянели. На фоне грядущей пьянки в доме главы города развевающиеся всюду флажки и фонарики городских улиц были для него, словно балалайка на похоронах.
На балкон неслышной ланью вышла Ариэль. Встретившись с ней взглядом, эльф позволил себе некоторую вольность: не сменив расслабленной позы, он кивнул ей вместо приветствия и жестом пригласил присесть за соседнее плетеное кресло.
- Я вижу, Сулемир хорошо себя вела. – Произнес он, будто продолжил только что прерванный разговор, не отрывая взгляда от полощущихся на ветру вымпелов и думая о чем-то своем.

+2

3

Одна встреча, а столько перемен. Месяцы пролетали один за другим, привнося в жизнь Ариэль калейдоскоп изменений. Едва закрепившись на новой должности – менестреля Его Величества, эльфийка оказалась в числе учениц дворцового лекаря. Леди Элениэль оказала ей честь поделить своими знаниями, а Ариэль была рада исполнить детскую мечту – помогать другим. Девушка заняла новое место в жизни Лихолесья и не то должна быть благодарна Леголасу за то, что поспособствовал исполнению её мечты, не то собственному Дару, а то и вовсе Эру Илуватар за то, что когда-то подарил девушке и то, и другое. Ариэль никогда не задумывалась, как и почему оказалась в числе учениц придворной целительницы, да и было ли на то время? С тех самых пор не было времени сидеть на месте и прохлаждаться.
У целителя при дворце всегда хватает работы. В неспокойное время, когда Лихолесье ядовитым кольцом окружила тьма, раненных и нуждающихся в помощи стало ещё больше. Ариэль хотела быть полезной – она, как могла, помогала главному целителю: училась, прикладывая все свои силы, старательно выполняла любую просьбу. В свободное время эльфийка изучала книги – вбирала всё новые и новые знания, зная, что их никогда не будет достаточно. Вечерами Ариэль позволяя себе немного отдохнуть – по наставлению целительницы, чтобы на утро её помощница была полна сил. Негоже следить за покоем других, когда не можешь побеспокоиться о себе, но в том грех, пожалуй, каждого, кто избрал путь целителя, страждущего самозабвенно и через самопожертвование помочь остальным.
Жизнь вошла в новое русло. Ариэль свыклась с жизнью во дворце, где было слишком много правил и ничуть не меньше запретов. Иногда она скучала по дому и жизни за пределами дворца. Возможность выбраться и опробовать себя в верховой езде – отличная возможность прочувствовать единение с Сулемир. Благодаря урокам эльфийского принца Ариэль уверенно держалась в седле и в подобные моменты вспоминала отца. В её воспоминаниях всплывали те самые времена, когда тьма не коснулась их семьи.

Волнение вперемешку с интересом накатывали на эльфийку – она в предвкушении поездки не отрывала взгляда от горизонта, когда эльфийская делегация засобиралась в путь. Ариэль не надеялась, что её желание – увидеть другие города, осуществится. Обещание, данное отцу – никогда и ни при каких обстоятельствах не выходить за стену Зленолесья, было нарушено. Против воли – разве можно что-то сказать наперекор сыну короля? Этот случай мог стать исключением из правил с последующей возможностью сохранять обещание дальше, но внешний мир манил. Несмотря на тот мрачный и неприятный отпечаток, который оставила после себя первая вылазка, Ариэль очень хотелось увидеть Озёрный город. И вот. Её мечта осуществлялась. Леголас сопровождал караван, а её взял с собой.
Кобыла пофыркивала и беспокойно постукивала копытами – хотела пуститься в галоп, поймать ветер гривой, будто в силки своей свободы. Ариэль разделяла её желания, но не торопилась давать кобыле больше свободы. К тому же, эльфийке хотелось всё рассмотреть – любопытство её переполняло, она с восхищением оглядывалась. Эта прогулка отличалась от первой вылазки за пределы эльфийского селения, она смывала солнечным светом тёмные следы в памяти и наполняла её новыми – радостными и тёплыми, даровала покой и надежду, что когда-нибудь весь мир будет таким.
Я пела о золотистой вешней листве,
И леса шелестели листвой.
Я пела о ветре, и ветер звенел
В шелковистой траве луговой.

Вторая вылазка за пределы эльфийского поселения обещала быть интересной и более радостной, но... откуда же взяться веселью, когда даже её любопытство осталось неутолённым? Ни тебе прогулок по незнакомому городу, ни возможности присоединиться к празднеству. Находиться в доме скучно до жути, а ей хотелось чуть больше свободы. Вот только как её получить? Она здесь не на увеселительной прогулке и не в компании старшего брата. Впрочем, будь он тут, то и поездки бы не было. Менельтор предусмотрительно остался в неведении, плодя между Ариэль и эльфийским принцем ещё одну тайну. Сын Гвадора не одобрил бы рвения сестры оказаться так далеко от дома, да ещё и в такое неспокойное время. Эльфийка осознавала риск. С того времени, как начала помогать Элениэль с раненными в лазарете и сама столкнулась с последствиями стражи границ, понимала, насколько тяжела и опасна работа патрульных. Не зря ведь усилили охрану, но в понимании Ариэль здесь и сейчас ей ничего не угрожала, а внешний мир был слишком прекрасным, чтобы думать о плохом.
Несмотря на предложение Леголаса присесть рядом, Ариэль предпочла подступить к балкону и с его высоты, облокотившись на перила, наблюдать за происходящим внизу. Городская суета людей отличалась от привычной эльфийской, и оттого манила Ариэль ещё сильнее. Вот только… Эльфийка перевела взгляд на сына Трандуила. В отличие от неё у него наверняка было множество возможностей изучить быт людей изнутри, а его скучающий вид тактично намекал на то, что принцу хочется быть в совершенно другом месте.
- Да, - коротко подхватила она его слова, хотя они не требовали подтверждения. Леголас лучше неё разбирался в лошадях и улавливал рвение Сулемир, чему Ариэль ещё только училась.
Между эльфами вновь повисло молчание. О чём говорить, когда вокруг хватает глаз и ушей? И всё же…
- О чём Вы думаете? – разговор зашёл издалека, но по взгляду эльфийки, сосредоточенному на принце, легко понять, что ответ для неё важен.

+3

4

Денек стоял погожий. Солнце не перекрывало ни единого облочка и небесное светило нагревала своими лучами крыши домов и деревянные мостки между зданиями. Чуть сырые и прохладные в местах, где солнце отбрасывало тень, дети старались обходить стороной, носясь по узким улочкам небольшой группкой.
Родители каждого строго настрого наказали всем сорванцам не снимать обувь, ибо занозы на пятки можно было схватить где угодно. И конечно же дети пропустили наставление взрослых мимо ушей, топая босыми ступнями по шершавому дереву, что скрипело под ногами.
Ветерок, резво гулявший мимо домов, благоприятствовал предстоящей игре детей.
- Сигрид! - с улицы послышался звонкий возглас соседского мальчугана. Маленькая, светловолосая девчушка тут же показалась из-за занавески одного из открытых окон. - Пойдем! Мы собираемся пускать воздушного змея!
Мальчуган не стал ждать выхода Сигрид и сразу же после озвучивания новости побежал вглубь Озерного городка.
Мать и отец даже не успели рта открыть, как их дочь выскочила из дома, без обуви, в чистой домашней одежде. Запуск воздушного змея был важнее всего остального для местных детей. Не часто им удавалось заполучить в свои маленькие руки такую игрушку. Да и ветер не всегда был благоприятным: то ли слишком сильный, то ли слишком слабый.
- Подождите меня!- девчушка ловко огибала прохожих, которые готовились к празднику, на который дети не обратили и внимания из-за своего нового развлечения. Да и что им до суматохи взрослых.
Довольно долго ребята бегали, пытаясь поймать ветер, но ничего у них не выходило. Правда это не заставило их сдаться.
- Давай ты, Сигрид, - девочке протянули веревку, намотанную на палочку. Аоздушный змей подпрыгивал от неровных порывов ветра. - Ты самая высокая из нас, у тебя должно получится лучше.
И действительно, не прошло и получаса, как змей в виде расправившего крылья орла, взмыл над крышами домов. Восторженный детский смех и крик огласил Озерный город. Дети так резко выпрыгивали вслед за воздушным змеем из-за угла, что пугали этим некоторых взрослых. Впрочем, в Эсгароте витало настроение радости и счастья, так что никто и слово не сказал против потех маленьких жителей города.
Но все стихло так же быстро, как и началось. Орел зацепился за уступ крыши одного из богатых зданий. Дергать его дети не решились, боясь испортить свою игрушку. Так что они просто стояли и смотрели, как хлопают бумажные крылья друг об друга. Настроение у ребят тут же упало, так как они не представляли способа, которым можно было достать змея из-под крыши.

+1

5

Леголас слушал людской гомон, разделяя его на десятки отдельных голосов и мелодий – люди шумели гораздо больше, чем эльфы, так, что с непривычки у лесного жителя могла разболеться голова. Это был суетливый, разномастный мир, гундящий, словно расстроенная гармошка, но оттого не менее интересный.
От взгляда принца не укрылось то, как Ариэль тянется взглядом к перилам и тому, что происходит за ними. Он иногда забывал, что перед ним вчерашний ребенок, для которого весь мир – новый и интересный.
Услышав вопрос, Леголас помедлил с ответом, взвешивая каждое свое слово. Эта напряженная молчаливость была хорошо известна девушке и неизменно сопровождала сына короля в стенах дворца. В молчании он поднялся со своего места и не спеша прошел к перилам, оперевшись на них локтями и заглянув на улицу.
- О том, что впереди нас ждет званый ужин, а я так не хочу на него идти. – Усмехнувшись собственной дерзости, устало ответил эльф. – Там будут нестройные речи, жареное мясо и запах перегара. – Не то что бы Леголас был изнеженной принцессой после патрулирования орочьих границ, но многие людские привычки не вызывали у него восхищения. – А еще они совершенно не умеют лгать, но лгут везде, особенно мне. – Он рассуждал об этом, как о данности, и тут же добавил, указав взглядом на снующие туда-сюда фигуры внизу. – Но не все люди такие.
Эльф помолчал еще немного, по-прежнему не расставаясь со своими мыслями, будто они были в сто крат приятнее реальности.
- Ты помнишь себя ребенком? – внезапно спросил он, выуживая что-то из недр памяти. – Когда-нибудь, и на нашей земле воцарится мир… И ты перестанешь быть последним дитя, рожденным в разгар войны.
Внезапно перед их лицами взмыл воздушный змей, хлопая бумажными крыльями. Явление ознаменовалось детским смехом внизу – змей пометался перед гостями туда-сюда, развевая ленты по ветру, а после дернулся в сторону и зацепился за конек крыши, безнадежно застряв.
Внизу взвыл нестройный хор раздосадованных детских голосов. Глянув на них, Леголас усмехнулся и указал вверх на бьющегося о черепицу воздушного змея.
- Они просят вернуть его. – Перевел он разномастные детские возгласы, доносящиеся снизу. Ребятня, задрав голову, толкалась под балконом и пыталась уловить, что же там делают чужеземные гости и чего им ждать – радости или наказания. Тем временем принц, коротко оттолкнувшись от перил, подтянулся на руках и уже невесомо ступал по черепице.
Детвора загомонила, увидев силуэт, движущийся по направлению к заветной игрушке. Достать его было нетрудно – распутав веревки и ленты, эльф вызволил пленника, легко скатился по черепице вниз и влетел на балкон, уцепившись за край крыши кончиками пальцев и аккурат едва не задев Ариэль.
- Держи. – Принц протянул девушке заветного орла, впервые за последний час улыбаясь. – Мы ведь не будем заставлять хозяев праздника ждать?
И было в его взгляде и голосе что-то такое, что разрешало им обоим любые грехи.

Отредактировано Legolas (2017-02-02 23:33:23)

+2

6

Ариэль не могла понять всех тягот принца – они жили в разных мирах и по разным правилам. В такие моменты, когда Леголас решался на откровенность, эльфийка чувствовала, как сословная разница между ними падает, как слепая преграда, и она становится ближе не к самому принцу, а душе мальчишки, запертого в теле с венцом на голове.
- Помню, - без колебаний ответила эльфийка; взгляд её смотрел на людей в городе и одновременно углублялся будто бы в сам мир – искал воспоминания. – Многие из них связаны с отцом и матерью, - по губам прошла улыбка. Ариэль было что вспомнить до того дня, как тьма, сгустившись над Лихолесьем, отняла жизнь её отца, а горе увело мать в чертоги залечивать свои раны. Она не знала, к чему Леголас спросил об этом, но знала, что ей самой было ещё что сказать: - Я никогда не бывала на подобных вечерах, - чуть смущённо улыбнулась Ариэль, переводя взгляд с принца на город. – Но… - она запнулась, пытаясь подобрать нужные слова, - может быть, за пределами всего этого осталось ещё что-то, что может подарить вам.. счастье?
С её стороны было бы неправильно подталкивать принца к нарушению правил. Убежать от приёма, нарушить все устои, чтобы затеряться где-то в толпе. Она не могла себе этого позволить, а что говорить о нём? Связанном по рукам и ногам ещё до рождения благородной кровью. В качестве благодарности за всё, что Леголас сделал для неё, Ариэль хотела подарить ему что-то взамен, но не знала что.
Дотронулась кончиками пальцев до души? Показалось. Она вновь наткнулась на холодную стену. Не так просто войти в чужой мир и ещё труднее – стать его частью. На последнее Ариэль не надеялась, но как добиться желаемого – не знала. Ход размышлений прервало появление змея. Девушка от неожиданности отпрянула от перил на полушаг. Несколько мгновений, чтобы понять, что никакой угрозы нет – они не в тёмном лесу, где полно опасных тварей. Ариэль тихо посмеялась, осознав, чего испугалась, и снова подступила к перилам. Ей хотелось так же, как этим детям, беззаботно развлекаться в толпе взрослых и не думать о правилах. Она сама бы тянула руки к змею – он стал причиной её радости и тем переломным моментом, когда все запреты отступили под гордым ликом орла.
- Осторожно, - Ариэль с беспокойством наблюдала за Леголасом, чуть перегнувшись через перила. В какой-то момент она перестала видеть эльфа, а он появился прямо перед ней. Оттого ещё неожиданней было его возвращение. Близко… Слишком близко. На пару секунд у девушки перехватило дыхание и она, пряча смущённо глаза, с замиранием сердца пыталась вернуть разбежавшиеся мысли.
Воздушный змей оказался у неё в руках, а Ариэль забыла, что нужно с ним делать.
- Да? – неуверенно переспросила эльфийка и глянула вниз. Леголас предлагал ей забыть о причине визита к людям и дарил шанс увидеть их мир изнутри. Разве могла она отказаться? От осознания возможностей Ариэль будто вся засветилась изнутри. Улыбка засияла на её лице детским счастьем, а сама она так энергично кивнула, словно Леголас в этот самый миг подарил ей целый мир и телегу сладостей в придачу. Покинуть дом и выйти на улицу со змеем в руках, чтобы там встретить детей, казалось бы, что тут такого? Но Ариэль к любой мелочи относилась словно ребёнок, только-только познающий мир.
Ребятня, выстроившись перед двумя иноземными гостями, неуверенно переминалась с ноги на ногу, не смея попросить свою вещь обратно.
- Возьмите, - коряво на всеобщем сказала Ариэль, протягивая змея; девочка лет девяти хихикнула, услышав всеобщий гостьи и тут же смутилась под укоризненными взглядами друзей.

+2

7

Время словно приостановилось для детей, и они покорно наблюдали за тем, как бумажный орел цепляется за конек крыши. Но возглас разочарования и грусти хором вырывается из груди детей. Они словно маленькие птенчики стоят кучкой на одном месте и смотрят вверх. На своего змея и на стоящих на балконе незнакомцев. От света солнца они не могут нормально разглядеть внешности этих двух фигур. Дети щурятся и тихо переговариваются друг с другом.
- Смотри, они выглядят как-то странно, - один мальчик, что стоял чуть поодаль со своим дургом, что позволяло им рассмотреть незнакомцев лучше, ткнул Сигрид локтем в бок, призывая подойти к ним ближе.
Девчушка тут же сделала это. И именно в тот момент одна из фигур ловко взобралась сначала на перила, а потом на крышу. Восторженны детский возглас вновь огласил улочку. Сигрид не была исключением. Да и к тому же мать рассказывала ей столько всяких сказок и историй, что девочка тут же вспомнила и о них, и о том, кто фигурировал в большей их части. Удивительно и невообразимо, но на балконе стояли никто-то там, а сами Эльфы. А какой ребенок не мечтает увидеть перед собой лесных жителей?
- Это же эльфы... - Сигрид стояла, приоткрыв рот. Ее словно громом поразили, во всяком случае именно так она себя ощущала.
- Эльфы? - остальные ребята тут же загалдели, не веря словам своей подруги. Но стоило вышеупомянутым незнакомцам вдруг появится прямо перед маленькой кричащей толпой, как все тут же смолкли, во все глаза уставившись на светловолосых эльфов.
Про воздушный змея все, кажется, уже забыли. Детские глаза блестели в восторге. Никто не смел пошевелиться.
Но вот девушка-эльф вышла вперед и на ломаном всеобщем произнесла всего одно слово:
- Возьмите, - Сигрид чуть позабавило произношение незнакомки и она тихо хихикнула, от чего тут же получила кучу укоризненных взглядов от друзей.
- Прости, - девчушка тут же смутилась и извинилась. Маленькая рука уже потянулась за веревочкой от воздушного змея. - И спасибо.
Орел тут же оказался в руках других. Про эльфов тут же все забыли. Все, кроме Сигрид, которая все еще стояла перед двумя высокими и стройными фигурами.
- Вы же эльфы, правда? - детский взор пытливо уставился на двоих незнакомцев. - А что вы делаете у нас?
Только ребенок мог с такой бесцеремонность и в лоб задавать подобные вопросы. Правда, Сигрид не видела в них ничего такого. Любопытство сейчас преобладало в ней. А подстегиваемое восторгом от вида эльфов, она вообще не могла думать ни о чем, кроме как о дивной встрече, которая, возможно, больше не повторится в ее жизни.

+2

8

То, что для Ариэль было коряво, для детей звучало как примесь журчания ручья и тихой свирели к привычной речи. Девочка, получившая орла, поблагодарила Ариэль и замешкалась. Дети не терпели промедления - выхватив орла, стайкой вспорхнули и унеслись вниз по улице. Леголас проводил их взглядом, глядя на то, как мальчишки канифолят за собой новообретенную игрушку, а затем опустил глаза - девчушка все еще топталась перед ними, глядя на них снизу вверх глазами, полными искреннего детского восторга.
- Вы же эльфы, правда? - Пролепетала кроха, не отводя с них взгляда. - А что вы делаете у нас?
Леголас коротко глянул на Ариэль, мысленно переведя ей обращение со Всеобщего.
- Это дети. - Произнес он, желая увидеть ее реакцию на нечто новое, прежде невиданное для нее. - Дети людей.. - Краем глаза следя за соплеменницей, юноша вновь вернулся вниманием к девочке - детское терпение было не бесконечно, а эльфы в сравнении с привычной людской суетой никуда не торопились и были действительно не от мира сего.
- Поговори с ней. - Предложил эльф девушке, будто это было очередное озорство - побеседовать с человеческим ребенком.
Тем временем сородичи девчушки далеко не убежали. Они вернулись той же стайкой, посмурнев, повесив носы и теребя за спиной спасенного с крыши орла.
- В чем дело? – спросил Леголас на чистом всеобщем, с характерным эльфийским переливом звонких и напевным звучанием гласных звуков.
- Порвался... – Нехотя признался мальчишка, исподволь показав на полотнище оторванный угол. Видимо, пострадал, пока бился о крышу.
- Дай мне посмотреть. – добродушно попросил его эльф, присев перед детьми на корточки и забирая потрепанного змея. Беглого взгляда хватило, чтобы заключить: - Это нетрудно починить. Где здесь есть иголка и нитка?
Дети взвизгнули вразнобой и хором потащили гостей вниз по улице, ухватив их за рукава и увлекая за собой, размахивая руками и оглядываясь. Леголас на всякий случай обменялся взглядом с Ариэль – не испугается ли?
Кажется, дети ее нисколько не пугали, не то что принцы на белом коне.
Спустившись по дощатой улице, перейдя мост и пару раз завернув за угол, они оказались в мастерской, где эльф быстро нашел нужные ему инструменты и склонился над воздушным змеем. Дети галдели вокруг, спрашивая обо всем, любопытно совали нос ему под руки и вертелись вокруг Ариэль, задавая вопросы – их потешало то, как она недоуменно смотрела на них лавандовыми глазами, пока Леголас не шикнул на них: детвора вмиг притихла и сменилась радушием, стараясь не обидеть полюбившихся им добрых гостей.
- Он спрашивает, пойдешь ли ты на городской праздник. – Подняв голову от работы, мысленно пояснил Леголас вопрос мальчика, нежно, но настойчиво дергающего Ариэль за подол платья. – Хочет пригласить тебя на танец. – С трудом сдержав смешок, добавил эльф. Ребятня, заметив настырно пляшущего вокруг эльфийки друга, хором рассмеялась, а малец смутился и тут же одернул руку от платья, словно не он только что теребил его в надежде добиться ответа прекрасной эллет.

Отредактировано Legolas (2017-02-05 21:20:27)

+3

9

В перечень талантов юной эллет входило довольно мало вещей и совершенного знания всеобщего там не было. Ариэль, не окажись рядом с ней Леголас, нормально и двух слов перевести бы не смогла, но к её радости эльфийский принц быстро перевёл ей речь ребёнка.
- Дети? – Ариэль удивлённо захлопала глазами, переводя взгляд с Леголаса на ребёнка. Её никогда в жизни не доводилось видеть эльфийских детей, что уж говорить о людских. С началом неспокойных времён, когда в смуте утонул последний детский плач, больше не рождались эльфийские дети. Ариэль оказалась в том малом числе последних, кто родился, а когда будут новые – неизвестно.
Она с любопытством смотрела на детей. Самый маленький из них в этом году увидел свою четвёртую зиму. Ариэль они казались хрупкими и такими… чистыми, невинными, незапятнанными чернотой окружившего их мира. В своей короткой жизни люди познавали радости, не думая о смерти, а они… в своём бессмертии они не познавали настоящих радостей, пытаясь защититься от боли.
Ариэль неосознанно протянула руку к ребёнку, желая коснуться светлой макушки, но вовремя остановила себя, услышав предложение Леголаса.
- Эльфы, - улыбнулась Ариэль, обращаясь к ребёнку. Хоть что-то она смогла сказать сама и без ошибок! А вот как объяснить, почему они здесь? Эльфийка задумалась. Что сказать – она знала, но перевести… - Мы у вас… гостить, - краснея, попыталась самостоятельно объяснить Ариэль и тут же глянула на Леголаса: правильно сказала?
Не совсем правильно, есть ещё чему поучиться. Эльфийка сделала для себя пометку, что в будущем будет учиться усерднее и наверняка выучит всеобщий, чтобы иметь возможность общаться с представителями других рас без переводчика. Она сомневалась, что когда-нибудь ей выпадет ещё одна возможность побывать в Эсгароте или вообще столкнуться с человеком, но знания лишними не бывают.
Ариэль перевела взгляд на Леголаса, услышав, как в голосе мальчишки переливается грусть. Посмотрев на змея в его руках – она поняла, в чём проблема без лишних уточнений. Вернуть змея то, они вернули, но внешний вид он потерял и теперь, кажется, не мог летать. Эльфийке стало жаль детей, но у Леголаса быстро нашлось решение проблемы.
Наблюдать за эльфийским принцем, отбросившим корону и обязанности, было странно для тех, кто знал его с одной из сторон. Ариэль почти забыла, каким Леголас бывал за пределами дворца и в стороне от пытливых взглядов. Сейчас он казался ей искренним в своих желаниях и помыслах, без масок и отстранённости, которыми он прикрывался, следуя запретам и правилам. Она улыбалась, наблюдая за тем, как эльф крутит в руках воздушного змея и… совсем немного думала о том, что из него вышел бы хороший отец. Какая только мысль не родится в девичьей голове на волне эмоций и чувств. Поймав себя на лишнем, Ариэль бы точно смутилась, но сейчас, переполненная радостью от возможности провести время с детьми, она не думала о рамках.
Идти по незнакомому городу, улыбаясь и смеясь, видели ли здесь подобных эльфийских гостей? Или она на фоне образа светлого народа, сложенного годами в умах людей, казалась странной? Ариэль не боялась. После тёмного леса, казалось, её уже сложно напугать чем-то. А уж дети – самое искреннее и чистое, что есть в народах Средиземья, разве могло в них что-то её оттолкнуть?
Ей хотелось бы поговорить с детьми, но, увы, её познания во всеобщем не были столь велики. Леголасу приходилось работать руками и время от времени перенимать на себя роль переводчика. Ариэль пристроилась рядом с ним, то подглядывая за процессом работы, то отвлекаясь на детей.
Она бы не задумываясь ответила, что пойдёт, но в чужих местах да ещё и не в вольной прогулке, такой возможности не имела. Ариэль неуверенно посмотрела на эльфийского принца, ловко приводившего поломанного воздушного змея во вновь рабочего. Тыкать в сына Трандуила локтем и шептаться было как-то неприлично даже перед детьми, которые не знали, с кем имели дело. Без разрешения Леголаса она и шага ступить не могла, но лавандовые глаза горели желанием и просьбой, смешанной с надеждой на одобрение. Казалось, что она сама превратилась в ребёнка, который уговаривал старшего брата пустить её погулять во дворе с друзьями.
- Леголас..? – так звучало её робкое «можно?».
Не успев получить ответ, заметив перемену в настроении смутившегося мальчишки, Ариэль решила втянуть всех в игру, пока Леголас был занят работой. Мастерская – не лучшее место для игры в салки, но неплохой повод отогнать неловкость и смущение, заставив забыть о чьём-то промахе. Только бы в своём стремлении случайно не задеть мастера и не испортить змея до того, что починить его сможет разве что сам Эру Илуватар.
Общая беготня закончилась, а Ариэль вновь оказалась рядом с лихолесским принцем.
- А они милые, - улыбнулась эльфийка, с теплом во взгляде смотря на детей. – Я тоже хочу такого, - не думая о том, как звучат её слова, сказала Ариэль, любуясь самым маленьким. – Или девочку, с такими же вьющимися волосами и искрящимися глазами, - её взгляд остановился на Сигрид. - Мне хочется, чтобы в Зеленолесье тоже были дети.
Присматриваясь к детям, Ариэль заметила одну деталь – волосы успели выбиться из причёски Сигрид, а эльфийская натура не могла пройти мимо. Будто не она только что сказала Леголасу о детях, Ариэль попыталась жестами подозвать к себе девочку и объяснить ей, что хочет помочь ей сделать причёску.

+3

10

Сигрид стояла, чуть склонив голову к плечу. Слушать незнакомый язык ей было приятно и интересно. Да и немного неверный с грамматической точки зрения ответ эльфийки позабавил. Звонкие, мелодичные голоса ласкали детский слух, заставляя девочку расплыться в улыбке на собственный ответ.
От любопытного детского взора не ускользнуло то, как стоящая перед ней девушка время от времени бросала взгляд на златовласого эльфа.
Только хотела Сигрид задать очередной вопрос, как из-за спины послышался приближающийся хмурый шепот друзей. Девочка обернулась и увидела понурые фигуры друзей. Воздушный змей они прятали за спиной, перетаптываясь с ноги на ногу в нерешительности.
Проблема через секунду была озвучена, а еще через мгновение дети уже бежали рядом с эльфами, громко переговариваясь от радости. Орла согласились починить. Что может быть лучше для детей в данный момент?
Сигрид шла позади всех, рядом с прекрасной эллет, разрываемая желанием задать вертевшийся в голове вопрос. Но толкающиеся мальчишки мешали нормально подступится. Они кричали, толкались и шумели. Были похожи на живой ком снега, что катится по улицам лавируя между своими спутниками.
- Сорванцы! - Не без смеха крикнула Сигрид друзьям. - Перестаньте дергать наших гостей.
Впрочем, вскоре один из них сам шикнул на мальчишек, чтобы те не дергали за юбки его спутницу. Друзья замолчали сразу, но озорные огоньки в их глазах все еще искрились смехом.
- Смотрите, смотрите, - шептались дети. - он действительно зовет ее на праздник!
Сигрид не особо следила за происходящим вокруг себя, увлеченная процессом починки воздушного змея.
Эльф ловко продел нитку в ушко иглы и начал быстро, но аккуратно делать стежки, соединяя две половинки сломанного крыла. Тем временем ребят отвлекли игрой в салки. Эльфийка жестами позвала их, показывая, что хочет предложить им. Сигрид же осталась на месте, вглядываясь то в сосредоточенное лицо эльфа, то наблюдая за четким движением его рук.
- Скажи. - Сигрид устроилась поудобнее на скамейке, во все глаза смотря на эльфа. - А она твоя жена?
Девчушке действительно было это интересно, так как чем-то поведение этих двоих напоминало ей некоторые моменты, которые она видела между отцом и матерью. Они тоже бывало смотрели друг на друга пока другой не видит. Или на каждый из вопросов своих детей, сначала глядели друг на друга, а потом отвечали.
Но их снова прервали вернувшиеся и запыхавшиеся дети во главе эльфийки. Та снова сказала что-то на своем языке и уселась на другую скамью. Сигрид уже переключила цент своего внимания на эллет и тут же подскочила, стоило той жестом подозвать ее к себе.
- Привет, - сказала Сигрид эльфийке, широко улыбаясь. Глупость, но нужно же с чего-то начинать знакомство.

+3

11

Леголас не успел ответить, как стайка детей вокруг тут же вспорхнула в круговорот, словно осенние листья, всполошенные порывом ветра, и заметалась вокруг – в этой галдящей круговерти узнаваемым пятном мелькала Ариэль, и вскоре детвора рассыпалась по мастерской, увлекая за собой и девушку. Лишь одна девчушка не понеслась вместе со всеми, а продолжала сидеть с ним, увлеченно наблюдая за работой тонких пальцев. Та самая, которая не убежала от них, а осталась смотреть, как завороженная, задавая по-детски бесхитростные и наивные вопросы...
И останавливаться она не собиралась.
У Леголаса дрогнула рука – услышав вопрос Сигрид, юноша остановил затейливое эльфийское шитье и помолчал, глядя на девочку и размышляя над ответом. Нашел взглядом Ариэль – девушка играла с детьми, веселилась и смеялась, и, кажется, даже не обратила внимание на столь неоднозначный вопрос в лоб лихолесскому принцу. Внутреннее напряжение спало, позволив чуть облегченно выдохнуть – было бы гораздо хуже, если Ариэль это услышала…
- Нет, не жена. – Негромко и мягко ответил девочке Леголас на всеобщем, заговорщически склонившись к ней. – Но тебе не стоит больше спрашивать об этом. – Эта строгость в голосе была дружелюбной, пониженный тон – предупреждением, но мелькнувшая в нем нотка сизой стали – обещанием, что она зазвучит в полную силу, стоит только пренебречь просьбой. – Ты можешь кого-нибудь смутить, а это не вежливо. Как твое имя, дитя?...
Каждый его неосторожный шаг обходился ему слишком дорого. Каждое слово, метко брошенное, имело свой вес, неосторожно разбить хрустальную хрупкость едва созданного доверия - дело мгновения. Хорошо, что она не услышала...

Ариэль вернулась, усевшись на лавку рядом с ним. И то ли звезды так сошлись, то ли девушки – сговорились, но неловкие фразы сыпались на Леголаса, как из рога изобилия. Но не был бы Леголас сыном Трандуила, если бы от каждой неловкости отправлялся бы в Мандос к прародителям…
Ему почему-то легко представилось, что Ариэль когда-то вырастет и станет девушкой. И померещилось на мгновение... Дом - уютен, чист и напоен светом; она выйдет в сад - белоснежные волосы, тонкие руки, чистый и открытый взгляд цвета лаванды и голос, звучащий серебристым перезвоном. Точно подснежник, спустившийся с гор и поселившийся в доме... И выбегут на ее зов по тропкам меж кустов ежевики двое босоногих остроухих детей, рассыпая хрустальный смех, и мужчина, отложив топор, обернется к ней и выйдет навстречу. И будет счастлив, что ему - только ему! - эта девушка улыбается... 
- Когда-нибудь в Лихолесье снова будут дети. – Уклончиво и чуть грустно произнес Леголас, будто чего-то недосказал… - Я обещаю.
Темные времена были жестоки к детям, зачатым в последнюю тысячу лет. Ариэль и Тауриэль – две девочки, судьбу которых жестоко надломило зло, разделив на «до» и «после». Тьма забрала их родителей, оставив девочек сиротами, приютом для которых стал дворец Трандуила… Леголас заботился о них. Он чувствовал глубокую связь с каждым эльфом, погибшим за Лихолесье, и после их смерти защищал и оберегал их детей, как мог. Насколько мог... Но он не был в силах вернуть им погибших отцов. Дочь гвадора под его присмотром росла целителем и певчим соловьем, цветком подснежника, который он терпеливо взращивал, укрыв от тьмы и жестокости. Тауриэль же наоборот рвалась за стену, напоминая Леголасу самого себя в юности – она отчаянно и бескомпромиссно жаждала схватки со злом, избрав для себя путь лесного стража.
- Ее зовут Сигрид. - коснулся он мыслями разума Ариэль. - Давай, у тебя получится... Я помогу.
Ему оставалось доделать буквально пару стежков. Игла мелькала в проворных пальцах точно белка в переплетении веток - не прошло и пяти минут, как Леголас перекусил нитку и встал со своего места, готовый опробовать результат.
Дети взвизгнули от радости и поспешили к юноше, протягивая руки к волчку-рукояти - наперебой слышалось "дай-дай-дай". Детвора облепила Леголаса, не давая и шагу ступить, так, что пришлось задрать змея повыше, а то ведь дотянутся! Резкий возглас - и стайка отвалилась, позволяя эльфу пройти к выходу.
- Хочешь запустить? - Обернулся он напоследок к Ариэль, задержавшись у выхода. В Лихолесье мастерить воздушных змеев никто даже не пытался - самому же потом доставать его из кроны дерева, в котором он непременно запутается.

+3

12

- Обещаешь? – Ариэль удивлённо посмотрела на лихолесского принца. Мысли эльфов – потёмки для многих народов Средиземья. О чём в этот самый момент думал Леголас и что успело его огорчить – эллет могла только догадываться. Она понимала, почему сейчас Зеленолесья, как и другие эльфийские города, лишены возможности слышать детский смех. Смотря на жизнь людей изнутри, Ариэль думала, что они многое упускают и, хотя это была вынужденная необходимость, город людей казался живее эльфийских. Причина крылась за стенами и в умах бессмертных. Покуда Тьма не отступит, не появится смелость на новый шаг и новая жизнь не ступит на земли детей звёзд.
Леголас был одним из тех, кто своими руками пытался очистить мир от темноты, но, сколько бы стражей ни гибло за стенами, отдавая свои жизни за лучшее будущее для родных, света не становилось больше. Надежда гасла в каждом из них. Успеют ли они насладиться нынешним, если настоящая Тьма ещё не постучала в двери эльфийского города?
- А о чём вы говорили с этой девочкой? – спохватилась Ариэль, вспомнив, что мельком видела беседу этих двоих. За общим весельем и игрой с детьми эльфийке некогда было присоединиться к ним. Познания в языке также мешали ей свободно общаться, но настроение Леголаса – выражение его лица, с которым он не сразу дал ответ девочке, вызывало вопросы.
Но кто же собирался ставить её в известность? Имя сказал, предложил самой поговорить, и вопросы отпали сами собой. Слишком доверчивой эльфийке невдомёк, какие каверзные вопросы посыпались на лихолесского принца в её отсутствие.
Знала бы Ариэль, какие беседы велись в её отсутствие… Собственно, а что было бы? Смущённо ответить «нет» на ломанном всеобщем? Попытаться представить, как это было бы в случае «да»? Подобное будущее было невозможным по многим причинам, и эльфийские законы, гласившие, что в период войн нет места заключению браков, - не самая главная из них.
Внимание эльфийки переключилось на ребёнка. Ариэль пользовалась любой возможностью пообщаться с ними; детей в Зеленолесье ей не видать, как собственных ушей, а здесь она столкнулась в чем-то новым и интересным. Получив такую возможность, Ариэль тут же принялась заплетать девочке косичку на эльфийский манер. Это давалось ей значительно проще, чем владение языком.
- Я Ариэль, - обратилась она к малышке, пытаясь воссоздать разговор. – Приятно.. знать, - хотела она сказать «познакомиться», но слова всё ещё путались в её памяти, но на это у неё был Леголас, чтобы поправить и направить в нужном русле.
Эльфийка улыбнулась, наблюдая за результатом работы эльфа. Воздушный змей стал для них желанным поводом сбежать от скуки, и вот, пожалуйста, они оказались в самом центре человеческой искренности. Дети кружили и радовались возвращённой забаве, а Ариэль сама лучилась, как июльское солнце, безвозмездно даря свои свет и тепло. Вскоре Сигрид могла похвастаться настоящей эльфийской косой – Ариэль успела пожалеть, что под руками не оказалось каких-то цветов, которые она могла бы вплести в волосы девчушки, но и без них ребёнок был для неё прекрасным.
- Ты красива, - с улыбкой на лице и искренностью во взгляде Ариэль смотрела на девочку. Красоту добавляла не причёска – она лишь маленькая деталь к образу, а всё остальное – заслуга природы и Эру, наделивших её своей особой красотой.
Ариэль отвлеклась, когда Леголас обратился к ней. Ей никогда не доводилось запускать воздушного змея. С одной стороны эллет очень хотелось попробовать что-то новое, а с другой… она боялась, что Леголасу снова придётся заниматься починкой, если эльфийка сделает что-то не так и змей опять где-то застрянет.
- Если Вы покажете как, - Ариэль подошла ближе к принцу и перевела взгляд на взволнованных детей. – Можно? – обратилась к ним, указывая на змея. Всё же это их вещь и они с Леголасом не имели права распоряжаться ей на своё усмотрение.
Мальчишка, который не так давно приглашал её на праздник, загорелся и тут же закивал головой, повторяя своё «да».
Волчок-рукоять оказался в руках у эльфа, а Ариэль осторожно отпустила воздушного змея. Гордый орёл взвился над крышей дома, радуя глаз свободным полётом.

+2

13

Ветер несколько раз колыхнул свисающие тут и там яркие флажки. По воде прошла рябь, превращаясь в маленькие, несильные волны. А Сигрид все смотрела широко раскрытыми темными глазами на светловолосого, что так умело сшивал порванного змея. Оказывается, даже эльфов можно поставить в ступор своим вопросом. Девчушка с интересом наблюдала, как ее новый знакомый переводит взгляд со своих рук на эльфийку и обратно, но уже не нее саму.
Слова Леголаса если и смутили Сигрид, то совсем чуть-чуть. Девчушка улыбнулась и склонив голову к плечу проговорила:
- Вы напоминаете маму с папой, - затем она выпрямилась и протянула руку с самым серьезным видом. - Я Сигрид, а тебя как зовут?
До сего моменты Сигрид и забыть забыла о том, что нужно узнать имена у своих новых знакомых. Ей было с ними комфортно почти так же, как со своим младшим братом и маленькой сестрой, и родителями. И совершенно не важно было, что эти двое ей никогда раньше не были знакомы, что никогда раньше эльфов она не встречала. Они, оба светловолосы и будто светящиеся изнутри, привлекали детский взор, заставляя отбросить забаву с воздушным змеем.

Сигрид было приятно ощущать на своих волосах умелые женские руки. Вместе с тем, Ариэль, которая только-только представилась, попыталась вновь произнести фразу на всеобщем. Девчушка снова весело посмеялась, и повернувшись на секунду лицом к эльфийке, тихонько потрясла ее за пальцы.
- И мне приятно, я Сигрид, - ворочаться много было нельзя, хотя и очень хотелось. Умелые и уверенные движения рук в считанные минуты создали на голове Сигрид незамысловатую, но весьма красивую прическу на эльфийский манер.
Как только дочь Барда почувствовала, что свободна, то аккуратно прикоснулась кончиками пальцев к своим волосам. На ощупь что-то понять было нельзя, так что быстро отыскав глазами зеркальную поверхность, девчушка подбежала к ней. Волосы были сплетены в широкую косу, что спускалась вниз по спине. Бывало, мама делала ей подобную, но то была обычная косичка, а тут что-то новое, что раньше Сигрид не видела ни у одной девочки или женщины.
- Ух ты! - девчачий возглас огласил мастерскую. Сигрид была так рада новой прическе, что в знак благодарности просто крепко обняла Ариэль, что за секунду до наградила девчушку еще и комплементом. - Ты тоже красивая.
Тут Сигрид замолчала, обдумывая, стоит ли добавить что-то к свои словам. И решив, что да, стоит, сказала:
- Но тебе не хватает цветов. А я знаю, где их добыть.
Но тут второй эльф закончил свою работу над починкой и улицу огласил гомон нескольких детских голосов. Мальчишки рвались вновь запустить своего орла в небо, но рвались так неаккуратно, что снова могли повредить его обо что-то. Все это прервало желание Сигрид потащить свою новую подругу к своему дому, чтобы взять оттуда несколько цветков из своего букетика, который ей подарил отец.
На вопрос эльфийки дети тут же дружно закивали. Никто не мог отказать столь прекрасной эллет в удовольствие запустить воздушного змея. Тем более детям было интересно понаблюдать, как справится с таким заданием представитель другого народа.

+1

14

Маму с папой? Это прозвучало отрезвляющей пощечиной по способности Леголаса предвидеть последствия своих поступков. В глазах людей они выглядели как пара - надо ли говорить, что это было слишком опрометчиво и недопустимо для них? Стоит ли вспоминать, сколько языков и глаз только и ждут, когда он оступится и совершит ошибку, чтобы к ней никогда не заросла народная тропа, их заботливыми ножками протоптанная? И если с него сплетни стекали, как грязь с крыльев лебедя, то в этот раз он вновь был не один...
А лихолесская соловушка ничем не заслужила сомнительную радость отмываться от кривотолков и домыслов.
Тяжело вздохнув, принц в который раз пожалел, что он - не Зеленолист, и не просто юноша, встретившийся ей на лугу. Никто бы не бросил на нее тень подозрений, никто бы не упрекнул, никто бы не посмел попрать светлую дружбу недостойными домыслами. Доверие между ними было и без того хрупким, а люди в тонких вопросах возвышенных отношений - как мумак в посудной лавке.
- Значит твои мама с папой - хорошие друзья. - Обошел острый угол эльф. И хоть среди эльфов не были приняты рукопожатия, он хорошо знал жест мужчин-людей, которому пыталась подражать Сигрид. Подыграв ей, юноша протянул руку в ответ, однако перехватил ее пальцы снизу, уложив их в свою ладонь по-девичьи, и легонько пожал. - Рад познакомиться, юная девушка. Меня зовут Леголас.

Мысли об этом не отпускали эльфа. Что если горожане узнают его? Прогулка по городу превратится в повод для сплетен, а отказать Ариэль или оставить ее одну в незнакомом месте, полном людей... Эта девочка слишком привыкла доверять, чтобы выжить за пределами леса. Замявшись на вопрос Ариэль, принц выдохнул с облегчением, когда она увлеклась заплетанием волос - не пришлось обходить острые углы правды, чтобы не спугнуть ее и не выдать, за кого их на самом деле приняла малышка. Запуская змея, эльф улыбался, но чувствовал, как на дне его радости таится ложка дегтя. Бумажный орел поднялся в небо, держась ровно и устойчиво, не проваливаясь в воздушные ямы и повинуясь легкому движению кисти. Мальчишки тянули ручонки к рукояти, эльф аккуратно передал управление игрушкой, и толпа ребят с восторгом унеслась вниз по улице.

- На нас смотрят люди... - Коснулся эльф мыслей эллет, взглядом указав ей на пару женщин, забывших, кажется, куда они шли. Они тут же устыдились, перестав откровенно разглядывать представителей другого народа, и засобирались по своим делам. Глянув в другое место, Леголас тут же встретился взглядом с другим зевакой. Нужно было что-то делать с этим...
- Сигрид?... - Позвал он малышку, которая, как ни странно, не убежала с ровесниками, а осталась рядом с ними. - Ты можешь достать нам пару плащей с капюшоном?

+2

15

Жизненный багаж Ариэль был настолько невелик, что ей никогда не доводилось делать причёску кому-то кроме себя. В детстве мама всегда занималась её волосами и часть из тех удивительным причёсок, что создавались ловкими руками Миримэ, эльфийка успела запомнить. Иногда Ариэль жалела, что не помнит всего и не успела вобрать в себя как можно больше тех черт, которыми обладали её родителями, но до этого дня у неё не было ещё одного желания. Сейчас ей на короткий миг показалось, что она знала, что чувствовала её мать, сидя вот так просто и заплетая своей дочери косичку. Ариэль нисколько не помышляла о собственных детях – она сама ещё была ребёнком и слишком многого не знала, но у неё появилось ещё одно желание – чтобы Зеленолесье проснулось ото сна с детским смехом и искренностью невинных душ.
Радости в глазах Сигрид было достаточно, чтобы Ариэль улыбалась. На короткий миг этого единства с ребёнком она почувствовала себя нужной. А природная необходимость заботиться о ком-то, свойственная эльфийке, сыграла свою роль. Это время, проведённое в компании детей, казалось ей каким-то особенным волшебством, способным затмить все ненастья. Она забыла о том, на какой ноте распрощалась с братом перед отъездом. Счастливое и беззаботное настоящее вытеснило прошлое, оставив его за стеной эльфийского города.
- Цветов? – переспросила Ариэль, пытаясь понять, о чём идёт речь. – А-а… Цветов! – до жирафа дошло. В силу своих скромных познаний в языке эльфийка многого не знала, но некоторые слова, выученные ею вместе с Леголасом в том числе, то и дело путались в её голове и неожиданно то забывались, то вспоминались в самые непредсказуемые моменты.

Ариэль с сожалением проводила детей взглядом. Она надеялась, что они задержатся и ещё проведут какое-то время вместе. Но стоило им получить в руки воздушного змея, готового отправиться в новый полёт, как всё их внимание занял гордый орёл, а двое эльфов остались на той же улице с приятными воспоминаниями о встрече. Эльфийка смотрела им след, пока Леголас не коснулся её мыслей.
Ариэль перевела взгляд, замечая других горожан – на этот раз взрослых. Их пытливые взгляды были прикованы к заморским гостям, но под ними эльфийка чувствовала себя на удивление легче, чем в стенах дворца короля Лихолесья. Никто не смотрел на неё, как на протеже Его Высочества. Правда, в их глазах она выглядела не просто знакомой эльфийкой, но Ариэль этого не подозревала. Ей казалось, что людям Озёрного города так же интересно пообщаться с выходцами из других народов, как ей с ними.
У Леголаса на этот счёт были другие мысли.
Эльфийка обернулась. Из всей компании детей осталась только Сигрид. Ей одной общение с эльфами показалось интереснее воздушного змея. Ариэль улыбнулась – она не хотела бы так быстро прощаться с детьми, едва получив возможность пообщаться с ними. Эльфийка знала, что эта поездка в город людей, скорей всего, будет первый и последней, а другой возможности увидеть детей, которые так ей понравились, у неё уже не будет.
Она могла лишь догадываться о том, что Леголас просил сделать Сигрид. Повышенное внимание к ним беспокоило лихолесского принца, иначе бы он не указывал на это. Ариэль могла его понять. Эльфы в обществе людей привлекают много внимания, а с ней, как ни крути, был не просто эльф, а принц. Всё, что они сделают здесь, может дойти до Лихолесья.
- Простите мне мою дерзость, я не подумала, что это может навредить Вам, Ваше Высочество, - сокрушалась эльфийка, виновато опустив голову. – Нам стоит вернуться, пока никто не заметил нашу пропажу.

+2


Вы здесь » The HOBBIT. Erebor » Замороженные отыгрыши » О чём поётся в песне преданности [Ariel, Legolas, Sigrid]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC